Почувствовать Бога (моя статья на pravoslavie.ru)

Среди тех интересных и, несомненно, важных, внутриправославных дискуссий, в которых мне доводилось участвовать самому или наблюдать со стороны, меня в последнее время очень «напрягает» аргумент, который все чаще можно услышать от одной из спорящих сторон. Этот аргумент касается участия чувственной сферы бытия человека в его религиозной жизни.

Возьмём, например, вопрос о частоте причащений в современной практике церковной жизни. Противники частого причащения непременно выдвигают следующий тезис: человек, причащающийся часто, привыкает к Таинству и перестаёт ощущать благоговение к нему, подходит к Чаше без должных благочестивых чувств и переживаний.

То же самое и про исповедь. Обычно говорят примерно так: «А зачем, собственно,  исповедоваться каждый раз перед Причастием, перечисляя все эти повседневные мелочи, типа раздражительности или празднословия? Ведь так, в конце концов, в силу привычки, теряется самое главное – покаянное чувство сокрушения о своих грехах, которое человек должен пережить, омыв умиленными слезами своё падшее естество».

Ну а не так давно, пару лет назад, меня буквально «сразили наповал» мои прихожане – благочестивые супруги, усердно посещающие храм и весьма неформально относящиеся к духовной жизни. Когда у них родился второй ребёнок, они наотрез отказались крестить его, т.к. дитя, по их мнению, пока ещё не сможет должным образом «прочувствовать своё крещение». Так малыш, которому уже два года, и растет без общения с Богом в установленных им Таинствах, а ведь они, собственно, и являются самым главным даром, который основатель Церкви – Спаситель – нам оставил.

Что тут скажешь? Очень показателен последний случай с отказом от крещения младенца: в нём был доведён до абсурда тезис, выдвигаемый в контексте спора о частоте причащения и исповеди, где вопрос явно ставится неправильно и благая, в принципе, мысль о сокрушенных и возвышенных чувствах становится здесь прямо-таки опасной.

Почему?

Во-первых, в последнем случае, а иногда и в первых двух, касаемых исповеди и причастия, речь нередко идёт о проблеме духовного сладострастия. При этом недуге новоначальный христианин начинает искать чувственного (пусть и довольно возвышенного) услаждения в молитве, подменяя стремление к Богу страстным исканием второстепенных последствий близости к Нему – слезного покаяния, теплоты сердечной и радости, которыми Господь действительно авансом одаривает иногда неофитов.

Преподобный Никон Оптинский по этому поводу прямо говорит: «Во время молитвы неполезно стремиться к высоким чувствованиям. Надо только в смысл вникать произносимых слов, внимательно молиться, и тогда, со временем, Господь даст и озарение духовное, и умиление сердечное…»

Целенаправленно искать в молитве  «духовного жара»  – это всё равно, что жениться на девушке из-за её приданного или одной её телесной красоты. Человек, вставший на такой путь, очень быстро теряет настоящие, Богом данные, возвышенные чувства. Тогда он или смиряется, понимая свою неопытность и греховность, и прибегает к опыту святых отцов,  к послушанию у своего духовника (или хотя бы приходского пастыря, если духовника нет). Или же начинает впадать в состояние грубой прелести – духовного самообмана, продолжая и дальше возгревать свою чувственность, что нередко приобретает совсем уродливые формы. Ну а потом такого горе-аскета попросту «выносит» из Церкви и он, перестав ходить в храм, всю жизнь вспоминает: «а ведь было время – со слезами молился»!

Поэтому некоторые святые отцы даже подчёркивают, что неспособность к возвышенным чувствам у новоначальных – это особый Божий промысел о нас. Преподобный Лев Оптинский в одном из писем поясняет по этому поводу: «Вы, вкусивши по милосердию Божию сладость и утешение от молитвы, теперь не обретая сего в себе, смущаетесь, унываете, считаете себя виновницею сей потери, и ваше нерадение это - истинная правда. Но я нахожу здесь и Промысл Божий, отъявший от вас сие утешение; не победивши страстей и не очистивши сердца своего, можно ли сохранить это богатство без вреда! И не дастся вам оно к пользе вашей, дабы не впали в прелесть…»

Во-вторых, чувствам, даже самым возвышенным, согласно православной аскетике, вообще не следует доверять. Да, они могут быть освящены Богом, но у кого? У святых людей, которые, достигнув состояния обожения, восстановили своё падшее естество. Ну а нам, обычным людям, следует помнить, что все мы, в большей или меньшей степени, находимся в состоянии прелести и не способны объективно оценить те или иные явления духовного мира и, тем более, свое состояние. Наша оценка субъективна и может нас завести весьма далеко.

Именно поэтому и существует в православной традиции институт послушания и духовничества. Именно поэтому вопрос частоты исповеди или причастия находится, в конечном счёте, в ведении духовника или даже простого приходского священника, если духовника пока ещё нет. И именно поэтому иногда, вопреки чувствам, нужно понуждать себя на молитву и даже на участие в Таинствах.

Преподобный Иосиф Оптинский подчёркивает, что самопонуждение в молитве – это непременный этап духовного роста: «Молиться с самопонуждением состоит в нашей воле, а молиться с умилением зависит от Бога. Мы же должны молиться молитвою, какою можем, а за самопонуждение Бог даст и умиление в свое время, когда Ему благоугодно будет».

В-третьих, следует помнить, что наше естество восстанавливается постепенно, в обратной последовательности своего разрушения. Думаю, многие помнят, как в детстве, при совершении первых осознанных дурных поступков, нестерпимо жгла совесть и невинные чувства находились в страдальческом смятении?

Причём это было вовсе не из-за того, что «родители влепят», а в связи с тем, что ещё не извращённое вместилище чувств – сердце – страдало от пока неестественного для него греха. Куда потом всё это подевалось? Было беспощадно выжжено и полностью извращено (у некоторых до такой степени, что даже сам вид страдания других людей вместо ужаса и отвращения начинает вызывать наслаждение – именно для таких граждан снимают фильмы, где живьем отрезают головы и кровь хлещет фонтаном).

Последним бастионом, долго и упорно не поддающимся духовной деградации, является ум. И если хотя бы умом человек понимает, что его жизнь не соответствует Евангелию, значит он уже может исповедоваться и это будет пусть  и несовершенное, но покаяние. Если умом христианин изо всех сил старается уразуметь, что перед ним Тело и Кровь Господни, то даже при молчании (а то и искусительном смятении) чувств, может он, на мой взгляд, с благословения пастыря причащаться.

Ну а образное вместилище чувств – сердце – с годами (а может, и с десятилетиями) хотя бы отчасти восстановится при помощи благодатных Таинств и аскетических упражнений, и мы действительно сможем молиться, благоговея перед своим Творцом не только умом, но и возвышенными, очищенными от страстей чувствами. Сможем – как бы это дерзновенно ни звучало – умилиться и возрадоваться, почувствовав близость Бога…

http://www.pravoslavie.ru/put/73394.htm

Вас сглазили

Не знаю, как в других городах, а у нас чуть ли не четверть всех придорожных билбордов оклеена рекламой телесериала «Слепая» - нового оккультного блокбастера, который победоносно шествует по экранам и завоевывает умы обывателей. Учитывая, что моя профессиональная деятельность самым прямым образом связана с мистикой, я мужественно посмотрел несколько серий.

Уверен – этот глупый и, в общем-то, бездарный по форме и содержанию фильм ждёт небывалый успех. Не интересовался, кто продюсирует его (вкладывая в одну только рекламу огромные средства), но сама идея необычайно проста до гениальности и есть в ней что-то сродни съёмкам порнографии: наживаться на слабостях повреждённой грехом человеческой природы, получая на этом хорошие барыши.

В чём моя претензия? Во-первых - форма. Снят фильм настолько «тяп-ляп», что мне в этом видится какое-то патологическое неуважение к зрителю. Здесь мало сказать, что актеры как функции, они прямо как роботы. Причём роботы самого первого поколения, которые не только смешно и нелепо пародируют человеческие эмоции, но, иной раз даже кажется, движутся со скрипом.

Во время утомительного просмотра мне пришла в голову мысль, что я, пожалуй, лучше снял бы подобный сериал, сам выступая как режиссёр и оператор (ничего никогда не снимавший, да), а в качестве актеров используя команду пенсионеров из моего подъезда.

Но самая главная моя претензия – она вовсе не в этом. Главное – это то, что подобный духовный попкорн попросту развращает людей, часто даже мнящих, что они – православные верующие. Ведь здесь фактически отсутствует понятие греха как некой ошибки, совершённой нашим свободным волеизъявлением, и болезни, присущей каждому из нас. Болезни, которую нам следует лечить горькими пилюлями аскетики и из-за которой нам следует быть более снисходительными к ближнему – такому же больному, как и мы.

Предлагаемое фильмом мировоззрение ввергает человека в бездну горделивого субъективизма, при котором он не считает личные проблемы и проблемы своей семьи следствием своей неправильной, с точки зрения Заповедей Божиих, жизни. Любой священник, да и опытный психолог, скажет обратившемуся, что в большинстве случаев причина того или иного жизненного кризиса – она внутри, а не снаружи.

В оккультизме же всё наоборот – проблема не во мне, а в том, что меня сглазили злые люди, которые мне завидуют и люто ненавидят меня. Они: «подарили мне вещь покойника, насыпали на придверный коврик земли с кладбища (в другой редакции – соли), засунули моему сыну в резинку от трусов чужие волосы, странно посмотрели на меня и как будто случайно прикоснулись, после чего мне приснилось…» и т.д и т.п. Мне это частенько приходится выслушивать. Ну а теперь, благодаря новому фильму, наверное, придется ещё чаще.

Нередко апологеты хождения «по бабкам» говорят: «но ведь чудеса-то действительно там происходят». Да, так и есть, процента три или пять из этих людей – они творят ложные чудеса с помощью бесовской силы. Эти чудеса ложные, поскольку, с одной стороны, не происходит главного – нравственного развития человека, а с другой, при якобы физическом исцелении, усугублённый недуг просто переходит из одного места в другое. Например, успешно «заговорили» ребенку бородавку на ноге, а через некоторое время на этой же ноге внезапно обнаружили плоскостопие третьей степени (случай, которому я сам свидетель).

Почитайте историю о том, как знаменитая Ванга заверещала, когда местный православный епископ по её же приглашению прибыл к ней, держа в руках животворящий Крест Господень. Он даже ещё не успел приблизиться, когда известная бесовская прорицательница заорала: «пусть он бросит это на пол – это мешает мне говорить, из-за этого я ничего не вижу!...». Сравните жизнеописание блаженной Матроны Московской и Ванги и присмотритесь: много ли последняя говорит о любви к Богу и ближнему, о прощении обид и исправлении личной жизни?

Много ли об этом говорит целительница из нового телесериала?

Не стоит, кстати, думать, что православная вражда против оккультизма – это что-то вроде конкуренции. Если бы мы, попы, были настолько заинтересованы в выкачивании денег из суеверных граждан, то наоборот поощряли бы оккультные настроения в своей пастве, ведь на этом можно неплохо разжиться – освящая раз по восемь «сглаженные» квартиры, например.

Если бы мы были тупо заинтересованы в манипулировании сознанием тёмных масс, то тоже бы поощряли оккультные настроения и такие вот бездарные телесериалы.

Вот, например, вам не понравилась эта статья? Если не понравилась – значит, вас уже сглазили… Обращайтесь.

http://vz.ru/columns/2014/8/27/702414.html

Где маме найти время для творчества?

Довольно часто приходится слышать вопрос: как маме с маленькими детьми найти время для творчества? Честно сказать, смешно с моей стороны давать практические советы – уж очень туго у меня с «тайм-менеджментом». Зато я хорошо знаю, что бывает со временем, которое не стали «тратить» на творчество.
Ведь молодые мамы, особенно верующие, часто обо что спотыкаются? Они начинают себя стыдить: как, мол, можно отнимать время у ребенка и тратить его на возню с красками, клавиатурой, музыкальным инструментом или чем-то еще подобным? Жена спасется чадородием, а не «творческой самореализацией»! И потому – надо смириться и ступать на кухню, а не к мольберту, никому не нужному, и тем более – не к компьютеру…
Я за свое не слишком долгое материнство несколько раз «завязывала» с творчеством: уходила из районной газеты, прекращала участие в студенческом журнале, не сдавала к сроку колонку, планируя «начать новую жизнь с понедельника» и по ночам щи варить, а не тексты писать.
Думаете, освобождалось изобилие времени для лучшего ухода за детьми и генеральной уборки? Если бы! Нет, первые два дня я действительно пыталась войти в роль «идеальной жены»: с утра пораньше надраивала кухню, читала книжку детям в два раза дольше обычного и ставила смелые кулинарные эксперименты. Но потом…
Потом оказалось, что мера эмоциональной включенности в «горшечно-пеленочные» будни имеет определенный предел, за которым ты «даешь сбой»: уходишь «чай попить» минут на 40, с интернетом. Обед готовишь в два раза дольше, путая соль, сахар и стиральный порошок. Собираешься на прогулку с криками и бессмысленным мельтешением. Снова пьешь чай – и снова с интернетом. Уложив детей, ты ничего не пишешь – но и мало что делаешь. Возишься с посудой дольше обычного, вновь лезешь в интернет, болтаешь с мужем часа по три… А утром ходишь раздраженной оттого, что ничего не сделано.
Творчество «небольшими порциями» не отнимает «детского» времени – оно просто позволяет маме не убить то время, которое иначе будет потрачено ни на что. То есть вопрос о том, как найти время на творчество – это вопрос о том, как лучше использовать время, которое ты уже и так давно «нашла» на чай, тупые прогулки по сети и ленивое ползание по квартире во время затянувшейся уборки.
А можно ли все-таки как-то собраться и это «пустое» время тратить не на чай, но и не на «творческое самоугодие», каким оно иногда нам кажется, а на что-то полезное? Я пыталась «взяться за ум» и вместо «бесполезной писанины» ночью утром встать пораньше, чтобы использовать лишние два часа на обустройство квартиры и творческое развитие детей. Расписывала акрилом стены и всё, что попадалось под руку в детской и в нашем дворе. Дети, действительно, смогли немного поучаствовать в этой вакханалии энтузиазма. Но когда я раскрасила стол в детской в синий с оранжевым цвет и намалевала ромашки прямо на фасаде нашей городской «типовушки», муж сказал: «Знаешь что… Лучше тексты пиши, а то соседи во дворе обидятся».
Увы, творчество – это не то, чем можно заниматься или не заниматься по желанию. Это форма существования, которую человек получил от Творца в момент сотворения. Душа наша по природе творческая. Не то что бы мы поголовно призваны писать стихи и картины маслом – но мы самым естественным образом творчески проживаем каждый миг жизни, периодически «творя» хотя бы новый маршрут прогулки с детьми или композицию на полочке в ванной.
Счастливы те мамы, чья потребность творчества полностью реализуется в режиме исполнения семейных обязанностей. Например, у меня есть знакомая, которая к рождению пятого ребенка стала настоящим художником-кондитером: ее дети периодически получают в подарок торты со львами, былинными богатырями и разными диковинными узорами, а муж-музыкант – пироги в виде гитары. Кто-то реализуется в педагогическом творчестве, выдумывает для своих детей удивительные игры, ставит домашние спектакли, сочиняет смешные песенки…
Но бывает, что этого мало. Или бывает, что человек не сразу может перестроиться и понять, как ему по-новому реализовать какой-то художественный талант в условиях «прироста» семьи. Самым простым и очевидным кажется вариант «А» – закопать.
Но дар творчества, который человек – пусть даже из соображений самых благих – отказывается растить и преображать, не исчезает, а лишь уродуется и деградирует, постепенно уродуя и жизнь своего обладателя. Всё чаще я думаю, что такие банальные и печальные вещи, как семейные склоки из разряда: «Твоя мама на меня так посмотрела…», «Твой муж это сказал таким тоном…» – это типичные случаи искажения людьми собственных творческих способностей. Воображение, работающее в холостую, неиспользованный талант писателя, актера или сценариста – вот что стоит за этим бесконечным стремлением женщин превратить жизнь в мелодраму, а мужчин – в героическую трагедию.
А сколько яда выплескивают на головы собственных чад родители с «задатками», закопанными где-то там, в далекой юности! Хуже всего, если и закопаны они были «ради детей», – о, берегитесь, дети! Вам это припомнят…
Надежнее – не закапывать. Ни дар творчества ради детей, ни детей ради творчества. Да, пока дети маленькие, маме не развернуться на широкую ногу с художеством или писательством, но этого и не требуется. Недавно я с ужасом узнала, что событие, которое я помню как «вчерашнее», случилось 14 лет назад. Четырнадцать лет – как один миг! Значит, через такой же «миг» моей старшей дочери будет двадцать, а кто-то из ваших чад уже выйдет замуж и уедет жить в другой город. И тогда времени творить будет хоть отбавляй – лишь бы испорченные отношения с близкими не отбили желания творить!
Значит, близкие – на первом месте, но нужно оставить себе и какую-то минимальную отдушину в собственной профессии или хобби, которая освежала бы душевные силы, поддерживала творческий дух, дыша которым, женщина постепенно привыкнет творчески осмысливать и такие простые бытовые вещи, как уборка игрушек с детьми, приготовление завтрака и сборы на прогулку. Пара часов ночью на текст, одна картина в месяц, написанная в шесть утра, пока все спят, одна мелодия в полгода – хотя бы что-то, что сохранит полноту бытия и душевное равновесие.
А время не нужно искать – можно просто воспользоваться тем, в которое мы «гуляем» по сети, прикрывая уныние от собственной нереализованности, или же ссоримся с родными…


Елена Фетисова 18 августа 2014 года http://www.pravoslavie.ru/jurnal/72987.htm

09:00, 18 августа 2014

Иерей Димитрий Фетисов: Духовная импотенция

Всмотритесь внимательно в своих соседей, да и в самих себя – верим ли мы в то, что окружающий мир можно положительно изменить? Предпринимаем ли для этого хоть какие-нибудь попытки? А виноваты в этом то Путин, то Запад. Подробнее…

все новости

Мой комментарий к статье Валерия Панюшкина "Что значит быть русским?"

Честно признаюсь: у меня вопрос «о критериях русскости» всегда вызывает некоторую настороженность, т.к. слишком уж много тех, кто спекулирует на этой теме, зарабатывая крикливым и ложным фанфаронством себе политические очки, да и вообще привлекая повышенное внимание к своей персоне.

Не могу и не стану давать чёткого определения данному понятию. Впрочем, хочу отметить, что ультраправое определение, гласящее, что «русский – значит православный» отчасти верно, т.к. нельзя игнорировать тот факт, что, несмотря на множественный спектр традиционных исторических для России религий, на все народности, в большей или меньшей степени, бесспорно, положительно повлиял этос православия. Думаю, это объективный факт.

Конечно, нельзя забывать про «великий и могучий» русский язык, равного которому нет нигде в мире, и который стремительно утрачивается нами сейчас.

Что хорошего в русских? На мой взгляд, главное, что у нас, с рядом оговорок, ещё сохраняется – это беззлобие. В сравнении с другими народами мы здесь уникальны. Ибо фактически не ведя захватнических войн, но лишь оборонительные, и периодически переживая страшные катаклизмы, типа монгольского ига, нашествия «дванадесяти языков» или немецко-фашистских захватчиков, мы, обладая одной шестой части суши, являемся иллюстрацией к одной из заповедей блаженств – «блаженни кроткие, ибо они наследуют землю» (Матф.5:5).

А плохого у нас много. Самое главное, по-моему, непочтение к старшим, которое сквозит еще в старинных сказках. Да воспитанная ещё в советские годы привычка тотальной и примитивной зависти к ближнему.

Не могу сказать, какая из прошлых трагедий, произошедших в нашей истории – главная. А вот в нынешнюю эпоху – это вымирание нации. Преодолеть проблему можно только переломив менталитет наших сограждан и сделав его хотя бы отчасти религиозным, ибо добродетель (особенно такая как многодетность) всегда иррациональна, и никакими методами экономического стимулирования (хотя они, конечно же, тоже важны) ситуацию не переломить.

http://regions.ru/news/2519342/

Время юродивых

А меня эта история с бородатым мужиком в юбке расстроила вовсе не тем, что он победил на Евровидении, чего, собственно, и следовало ожидать в век стремительно надвигающейся диктатуры малочисленной, но весьма организованной и всячески проспонсированной международной группы духовно и душевно больных людей.

Меня поражает реакция наших умных и не очень комментаторов этого события. Как бы там ни комментировали - или равнодушно, или шутливо-презрительно, но ясно одно – никто не придаёт серьёзного значения происходящему.

Все, судя по всему, считают, что этот феномен под названием содомия никогда не коснётся их лично (негативно повлияв на детей, например), но так и будет чем-то вроде аттракциона, странствующего где-то там, в диковинных странах, куда и турист-то приличный не поедет.

Обсуждают, что певец-де, неплохой и шоу классное… Ну, не знаю, о вкусах действительно не спорят… Хотя, посмотрев в новостях фрагменты поёжился от всей этой неестественности, однообразности и, в некотором смысле, дешевизны происходящего (т.к. кроме дорогущих спецэффектов, развратника на пьедестале почёта и автоматических, люминисцентных  улыбок, похвастаться, по сути, нечем). Что ни песня, всё «по лаве».

Ну не верю я в эти «лаве». Вот поёт великий Лучано, или Шевчук – верю, а здесь – как-то не могу. В моей родной деревне и то душевней поют, когда после уборки картофеля самогону выпьют. Представляю, насколько сложно комментировать всё это музыкальным критикам. «Вот у этой певицы феерверков и лазеров, было больше, чем у предыдущей, зато предыдущая гораздо интенсивней вращала задом и передом».

Ну, это так, лирика.

Самое главное, что бы я спросил у комментаторов, и всех тех людей, которые несколько несерьёзно относятся к данной теме, это несколько вопросов.

Первый вопрос: «Неужели Вы не понимаете, что это вовсе не частный случай, но целая парадигма понимания человека и его бытия, которую Вы своим равнодушием приветствуете, становясь её органичной частью?»

Второй: «Спрашивали ли Вы себя честно, а где они – эти границы нравственности? Ведь если бородатый мужик в юбке, побеждающий в шоу, которое могли смотреть дети, это нормально, то что тогда ненормально?»

Понимаю, что я юродивый. Сейчас, перед надвигающимися и уже происходящими катаклизмами, вообще оно – время юродивых, которые зачем-то говорят про вещи, уже привычно вызывающие усмешку – в лучшем случае горькую.

Но говорить (хотя это, скорее всего, уже и бессмысленно) мы всё равно обязаны. Ведь Господь Иисус Христос нас строго предупреждал, что «Вы — соль земли. Если же соль потеряет силу, то чем сделаешь ее соленою? Она уже ни к чему негодна, как разве выбросить ее вон на попрание людям

( Матф.5:13).»

http://vz.ru/columns/2014/5/12/686231.html

комментарий для pravoslavie.ru в неделю о расслабленном

Несомненно, евангельское повествование об исцелении расслабленного является не только описанием одного из многих случаев милосердия Христа Спасителя по отношению к роду человеческому, но и аллегорией, описывающей и разрешающей проблему, которая остаётся актуальной на все времена. Мысли об этом содержаться в самом последовании службы недели о расслабленном.

Образ расслабленного человека, много лет находящегося в двух шагах от средства, способного его полностью исцелить и не могущего без посторонней помощи сойти в целебную воду, показывает главный духовный недуг каждого из нас – повреждённость самой нашей воли, которая вследствие греха стала не вполне послушна нам.

Так или иначе, этим недугом одержим каждый. Даже великий апостол Павел смиренно говорит о себе: «Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю»(Рим. 7,19). Чем больше человек расколот грехом, тем более он теряет этот драгоценный и простой дар распоряжаться самим собой, а не находиться в рабстве собственных страстей, немощей, а в век информационных технологий еще и глупых сказочных иллюзий, мнимого общения или прелестных грёз.

Наше нынешнее положение значительно проще, чем у того несчастного, который годами безуспешно ждал чудесного схождения ангела, делавшего воду целебной. Ведь мы находимся гораздо ближе к чудесным средствам не просто телесного исцеления, а общения с Самим Богом – таинствам церковным, которые в зависимости от нашей решимости могут мгновенно исцелить нас духовно, соделав новыми людьми. Но как часто самих себя в буквальном смысле не можем даже утром «приподнять» к литургии или сподвигнуть к покаянию.

Ну и, конечно, история о расслабленном – это укор и предупреждение каждому из нас: мы каждый день  проходим мимо десятков таких расслабленных, к которым нужно отнестись немного повнимательнее и помочь сделать лишь небольшой шаг ко Христу и Его Церкви, но у нас на это всегда не хватает времени…

Кроме того, если вдуматься, неспроста в Евангелии указана конкретная цифра – 38 лет, которые этот больной беспомощно лежал, не имея возможности исцелиться, войдя в купель Силоамскую. С одной стороны, видно, как люди вокруг были жестокосердны, раз годами не замечали его и не пытались помочь.

А с другой стороны, можно сделать печальный вывод, что до болезни он, возможно, эгоистично прожил жизнь ради себя и удовлетворения своих страстей (судя по всему и болезнь этого несчастного была послана по грехам, ведь Господь его потом строго предупреждает «…вот, ты выздоровел; не греши больше, чтобы не случилось с тобою чего хуже. » (Ин. 5, 14)) и, скорее всего, потому то и не имел ни родных, ни друзей, которые самоотверженно стали бы ему помогать.

http://www.pravoslavie.ru/put/70597.htm