Фото: И.И.ЖукМне, привыкшему общаться с нашими обычными русскими семьями, было удивительно и непривычно видеть, с каким почтением у них младшие относятся к старшим. Это чувствуется во всём. После того как со мной поговорил отец почтенного семейства и получил моё принципиальное согласие на освящение квартиры, всё остальное организовывал его старший сын.
Парень заметно огорчился, когда узнал, что мне удобнее приехать самому, т.к. я за рулём, а дом я уже посмотрел на карте и в принципе понял, как туда можно добраться. Несмотря на все мои заверения в том, что мне точно известно расположение их местожительства, он терпеливо ждал меня во дворе, чтобы услужливо взять сумку с требным набором и собственноручно нажать кнопку лифта, поднявшего нас на нужный этаж.
В доме я попросил чистую глубокую чашу под святую воду, стаканчик с подсолнечным маслом и список имён для заздравного поминания в конце чина освящения. Отец с матерью остались недвижимы, дружелюбно разговаривая со мной и рассказывая про прекрасную солнечную Армению, а в это время их чада без обсуждения, мгновенно выполнили мои мелкие просьбы, даже не распределяя их между собой…
Когда старший сын провожал меня, видимо считая, что я могу заблудиться, а требная сумка столь тяжела, что только он, как настоящий джигит, сможет донести её до машины, мне пришли в голову удивительные и немного грустные слова, которые в Евангелии не раз в укор своим соплеменникам повторяет Христос Спаситель: «Аминь, глаголю вам: ни во Израили толикия веры обретох» (Мф. 8:10)...
Можно ли увидеть столь трепетное отношение к пятой заповеди у нас, русских людей, даже находящихся в церковной ограде? Крайне и крайне редко… А ведь это уникальная заповедь, в которой Господь не просто предупреждает не разрушать свою душу чем-либо греховным, но и даёт обещание духовного и земного благополучия вкупе с многолетием: «Чти отца твоего и матерь твою, да благо ти будет, и да долголетен будеши на земли» (Исх. 20:6).
Когда приходишь для совершения требы в наши обычные, среднестатистические малоцерковные или даже церковные семьи, то обычно переступаешь порог со словами «мир вашему дому» — и предстают перед тобой приветливые лица мамы и папы, смотрящие на тебя с симпатией, а в дальней комнате виднеется тощая, неестественно согбенная над «компом» спина благороднейшего отпрыска этого замечательного дома.
Вот уже всё при помощи хозяйки и хозяина дома готово к освящению, и тут почтенная мать семейства неуверенно, переминаясь с ноги на ногу, спрашивает:
— А на освящении вся семья должна присутствовать?
— Желательно, — отвечаю, — а что? Кто-то против? Если кто-то из живущих здесь против, то освящать никак нельзя, ведь Бог себя никому не навязывает…
— Ну что вы, что вы, конечно же, нет — живо отвечают, после чего жена, уже немолодая женщина, с таинственным видом удаляется и, встав у дверного косяка, робко вопрошает:
— Кхм.. Петенька, сынок, ты, может быть, с нами помолишься, а то тут батюшка пришёл?
В это время отец с таинственным видом зачем-то многозначительно мне говорит:
— Парень уже в десятый класс перешёл, учится неплохо, в институт готовится… У них теперь своя жизнь, всё сами решают… А наш-то ведь поначитался всякого в интернете и теперь говорит, что попы-де все сплошь развратники и на дорогущих иномарках пешеходов сбивают…
— А он с каким-нибудь священником знаком лично?
— Да не-е-т, ну откуда же у него такие знакомства? — удивлённо разводя руками, отвечает папа.
Иногда Петенька (или Машенька) всё же приходит. Подозрительно глядя на меня уставшими стариковскими глазами, в которых читается невообразимая скука, а то и презрение, он может сухо поздороваться и тут же прямодушно осведомиться: «а надолго?». А иногда так и остаётся на месте, прикованный к компьютеру, и лишь гневно и опасливо озирается, когда процессия, состоящая из меня, папы и мамы заходит в комнату чтобы покропить стены святой водой и покадить.
В такие моменты мне иногда хочется подойти и со словами «изгоняется демон сей!» вылить полную кандию святой воды на системный блок…
Но я понимаю — нельзя. Ведь Бог себя никому не навязывает...
Принято у нас ссылаться на советские годы: мол за семьдесят лет раздербанили всё, что можно, а теперь вот живём на обломках великой православной империи. Но мне кажется, что проблема ещё глубже: в самом менталитете нашего, без преувеличения, великого народа, в котором отчего-то заложено довольно пренебрежительное отношение к старшим. Дед с бабкою в наших сказках нередко глупы, жадны до безобразия и чванливы, в чём их и обличают, перехитрив своей смекалкой и положительной дерзновенностью, добрые молодцы и красны девицы.
Как-то мне рассказывала моя прихожанка, мама пятерых детей, о том, как она в детской больнице сидела вместе с многодетной узбечкой и та гордо ей заявила: мол «у нас дети для родителей, а у вас всё ровно наоборот, вот и растите вы, русские, себе не слуг и помощников, но сатрапов на старость»...
Мы с той мамой посовещались и вместе пришли к двоякому выводу о том, что узбечка с одной стороны права в смысле недостатка нормальной патриархальности в наших семьях, где родители постоянно вслух всячески подчёркивают свою главную миссию «жить ради детей». А с другой стороны, чрезмерная ветхозаветная строгость тоже современной семье не подходит.
Никто, конечно, не отрицает, что «всё лучшее — детям» и что жить нужно для них и ради них, но пусть дети этого не слышат по десять раз на дню. Пусть папа в своей семье будет как архиерей в Церкви, пусть все делается с его благословения и последнее слово будет за ним. Некоторые матери ропщут на то, что дети непослушны и строптивы, но показывают ли они пример послушания и кротости по отношению к своему мужу? Ведь именно об этом сказано в послании апостола Павла, которое читается во время венчания: «… А жена да убоится своего мужа» (Еф. 5:33). В том плане, что власть мужа и отца в семье сакральна (как и власть родителей) и сделанное вопреки его воле даже якобы благое дело может привести только к худшему результату.
Вот и получается, что растут наши детки, постоянно слыша о том, что мама и папа живут ради них и для них (увы, чаще всего, для него — одного единственного, хотя многодетность, почитаемая теперь за дурной тон, сама по себе решает целый ряд вышеизложенных проблем), и при этом видя, как мама в ответ на замечание или просто комментарий мужа изливает на него поток словесной канонады, а то и помоев… Ну, как ребёнку в такой ситуации не превратиться в эгоистичного и грубого нарцисса, по-хамски и потребительски-прагматично относящегося к родителям?
С другой стороны, излишняя, прямо-таки ветхозаветная (или античная, где детей и жену глава семьи мог продать, согласно римскому праву, в рабство) патриархальность, несомненно, обедняет культуру и богатство личности. Ведь там, где царит чрезмерная строгость и несоразмерная жёсткость — там нет любви. Да и дети в таких семьях растут менее одарёнными, ведь своевременное развитие многих способностей почти невозможно без некоторых «своевольных» детских экспериментов, например — по разлитию жидкостей и окраске стола манной кашей с вареньем.
Так что если бы меня спросили о том, какой у нас в русском народе самый главный недостаток, я бы помимо всего наносного (типа пьянства или искусственно выращенной в советские годы и доведённой до абсурда зависти) назвал бы хамов грех во всех его разнообразных проявлениях.
Без победы над этим недугом у нас ни в семьях, ни в государстве точно ничего хорошего не сложится.
http://www.pravoslavie.ru/jurnal/69971.htm
